На протяжении своей долгой истории Белбажская обитель воистину являлась твердыней православного духа. Много светлых имен российских подвижниц оставил нам Белбажский монастырь. Но светлее всех просияла блаженная Елизавета Ивановна Борисова.
В подвигах добровольного юродства она служила Господу своему со страхом и трепетом. Не будем долго говорить о высоте и трудности этого подвига, возлагать который на себя дерзали весьма немногие и из великих подвижников Христовой Церкви. Скажем только, что истинное юродство во Христе — это бескровное, добровольное мученичество. Всякий подвижник, вступивший на этот тернистый путь спасения, неизбежно выбирает аскетизм как проявление полнейшего евангельского самоотвержения и совершенного забвения не только своих достоинств, но и естественных, вполне невинных требований своей человеческой природы. Приняв добровольный отказ от многих устремлений своей личности, подвижник безропотно несет крест лишений до самой гробовой доски своей.
Такова была и жизнь рабы Бoжией Елизаветы.
Елизавета родилась в конце XVIII столетия в уездном городе Макарьеве на Унже, в бедной мещанской семье. В свои 17 лет она вдруг резко меняет обычный образ жизни. Отвергнув попечение о людском мнении и всякое попечение о житейском, она принимает на себя образ притворного малоумия. Часто уходит из дома, бесцельно блуждает по улицам родного города, причём босиком — летом и зимою, без одежды, с непокрытой головою… При этом бедняжку назойливо преследовала досужая детвора, которая с насмешками и оскорбительными выкриками бросала в неё песок, грязь и камни… Где проводила бедняжка, раздетая и разутая, долгие зимние ночи — одному Господу известно. Лишь только часы церковных богослужений были единственным местом и временем, когда ее оставляли в покое. Так продолжалось в течение нескольких лет. Бездомная, голодная и холодная, преследуемая людьми, раба Божия несла добровольно взятый на себя крест Христов.
Но Богу угодно было указать верной рабе Своей иное место подвига.
При восьмой игуменье Троицко-Белбажского монастыря Софии [годы игуменства: 1819-1836 гг.] Елизавета неожиданно явилась в Белбаж босой, в красном кумачовом сарафане, не имея при себе ничего больше, и повела себя как безумная. Игуменья, видя у неё задатки умалишённой, отказала ей. Несмотря на полученный от игуменьи решительный отказ, Елизавета так же твёрдо вознамерилась поселиться у монастырских стен. Она взяла себе за правило неопустительное посещение вседневных монастырских богослужений. Обитала, где только придётся — в постоянном голоде, укрываясь от дождя и ветра своим единственным жалким красным сарафаном. Если приютит её какая-либо сердобольная сестра в своей избушке-келье или предложит что-либо поесть, юродивая не отказывалась от этого проявления высокой любви христианской, но сама ничего не просила.
Видя терпение странной девицы и уразумевая в ней рабу Господню, движимая чувствами сострадания и милосердия, мать Coфия в конце концов приняла Елизавету в монастырь. Ей выделили тесную и убогую келейку, которая служила для неё лишь местом упокоения от дневных трудов. Днем же её видели то в храме, то в кельях сестёр, где все внимали её загадочным речам.
Все, что приносили блаженной, она дочиста раздавала. Не забыты были милосердной подвижницей домашние животные и птицы небесные. Вот как об том рассказывают сёстры: «Накрошит, бывало, хлеба и пряников в чашку, размочит накрошенное, выйдет из кельи, сзывает друзей своих на трапезу! — «Что ты делаешь, Лиза, ну, к чему ты пряниками кормишь птиц?» — удивляемся мы. Лиза только улыбается и отвечает нам вопросом на вопрос: «А oнe есть не хотят? Але оне не Божии создания, але не имеют вкуса?..» И продолжает себе потчевать птиц…»
Находясь в своей келье, Лиза постоянно плела нитяные шнурки (гайтаны) для нательных крестов — она дарила их своим посетителям, а те, в свою очередь, хранили их как драгоценную святыню. Не скрывалась ли в дарении этих гайтанов глубокая мысль — преподать каждому назидание, что он обязан всегда помнить о своём долге перед Христом Спасителем за Его искупительную жертву?
Весьма часто раба Божия со страхом и благоговением приступала к Чаше Живота бессмертного, в таинстве покаяния очищая пред Господом подвиголюбивую душу свою от приращения к ней всяких земных страстей и попечений.
Ночи напролёт она молилась. Пищу принимала в малом количестве. Бывало среди глубокой ночи она вдруг являлась в кельи к сестрам, поднимала их с требованием, чтобы немедленно же был для неё приготовлен самовар; посидит, попоет что-то про себя, скажет несколько странных слов и уйдет… Случалось, что приходила она к некоторым сестрам в такие моменты, когда тем было совершенно не до её посещения. Но, оказывается, сокровенной целью подвижницы и было непременное желание вызвать неудовольствие своим несвоевременным визитом. И делала она свои визиты не просто так, а чтобы разрядить напряжение, отвлечь, помочь сёстрам переносить тяготы монастырского быта.
Шло время, и далеко распространилась слава «Лизоньки». Толпы народа тянулись в Белбажскую обитель к подвижнице. А она, обладая удивительным даром благодатного прозрения, одним метким словом своим определяла будущую судьбу приходивших к ней лиц.
Вот что рассказывает игуменья Апполинария [18-я игуменья, годы игуменства: 1899 – 1921гг]: «Первый раз пришла я к Лизе с матерью, когда мне было 12 лет. — Оставайся, девушка, с нами, — ласково сказала мне раба Божия и погладила по головке. Тогда, в 12 лет, у меня еще не было стремления к монастырской жизни. Но через 5 лет явилась я в Белбаж уже с намерением вступить в монастырь. Однако, прежде чем обратиться с этою просьбой к игуменье, я пришла к Лизе. Она меня вспомнила: «Оставайся, девушка, с нами», — повторила она всё те же слова, что уже говорила мне 5 лет назад. И вселение мое в обитель совершилось беспрепятственно. Лиза всегда относилась ко мне с особенным расположением. Бывало, что она, к крайнему моему смущению, вдруг оказывала мне игуменские почести, касаясь рукою земли при поклонах… Это происходило и в церкви, и на территории монастыря, при этом она старалась поцеловать мне руку, как будто я уже игуменья… «Ну, что ты делаешь?» — недоумевала я, с досадой вырывая свою руку. Мысль о начальственной должности никогда не находила места в моём сердце. А Лиза всё уже знала наперёд и загадочно улыбалась мне: «Кто знает, когда-нибудь, наверное, мне придётся вот так кланяться тебе…» Прошло много лет после того, и вот я, никогда не мечтавшая ни о каком начальствовании над другими, стала игуменьей в родной обители.»
Однажды к Лизе пришла вдова умершего священника из подмонастырской слободы. Она получила в наследство огромный дом и обширное хозяйство. Для неё, одинокой и беспомощной женщины, это наследство представлялось лишней обузой. «Как я буду жить? — спрашивала она Лизу. — Как и чем, при сиротстве своем, буду поддерживать это обширное здание?..» Блаженная Елизавета обняла её и сказала: «Потерпи, матушка, не горюй, придёт время, и в твоём доме откроется училище… Вот тебя добром и помянут!» И действительно, спустя определённое время после этого предсказания местный священник Константин Сокольский [священник Покровской церкви с.Белбаж Константин Никоноров Сокольский] приложил свои старания, и дом этот был приобретен с последующим его обращением в здание церковно-приходской школы! [дата открытия Белбажской церковно-приходской школы – 17 октября 1888 года].
А то, бывало, сидит Лиза, беседует со своими куклами, а приходящие к ней получают из этих бесед ответы на мучившие их вопросы. На каком уровне происходила духовная связь Лизоньки с пришедшими к ней за помощью людьми, это одному Богу известно.
Много было и других проявлений её чудного дара предвидения.
Шли годы. И тихая Белбажская обитель старилась. Сменялись игуменьи одна за другой. Многие сёстры уходили в вечность, им на смену приходили новые инокини. А раба Божия Елизавета продолжала жить так же, как и жила. То же убогое ложе служило ей временным успокоением, тот же бессменный красный сарафан был её лучшим одеянием. Единственное её богатство составляло множество святых икон, украшавших её келью. Под бременем лет согнулся её стан, до прозрачности истончилось тело, совершенно побелели волосы на голове.
Ее окружало уже всеобщее почтение: сам приснопамятный костромской архиепископ Платон [в миру — Павел Симонович Фивейский, годы жизни 18.06.1809 – 12.09.1877, годы управления костромской епархией 15.02.1857 — 12.09.1877,] относился к старице с глубоким уважением, а верный ученик его, игумен Сергий, скончавшийся впоследствии в сане архимандрита Тихоно-Лухского монастыря [православный монастырь в Ивановской области, основанный в 1498 году. Был закрыт советской властью в 1930-х гг., возрожден в 1995 году], положительно благоговел пред нею.
Настоятель же Макарьево-Унженского монастыря, архимандрит Платон, [в миру – Петр Алексеевич Марковский, годы жизни ????—1867, архимандрит первоклассного Унженского Макариева монастыря с 1849 по 1867 г.] дважды присылал за нею лошадей, и дважды посетила старица свой родной город Макарьев. Люди тянулись к ней на улицах, испрашивали благословения. Но, жившая упованием грядущих благ вечных, старица не обращала ни малейшего внимания на людские к себе отношения. Отныне она была светочем Белбажского монастыря. Ничего здесь не предпринималось без её благословения. Не раз было замечено, что успехом увенчивались только те начинания, которые были благословляемы подвижницею. Как воин на божественной страже она еще здесь на земле горела молитвенным пламенем перед престолом Живоначальной Троицы за Белбажскую обитель и весь мир христианский.
Последний год жизни большей частью она проводила на одре и выходила только в храм Божий. День и час своей кончины Елизавета Ивановна уже знала: за несколько дней до смертного часа она стала раздавать святые иконы и благословения некоторым близким ей по духу сёстрам. Игуменье Екатерине [15-я игуменья, годы игуменства: 1870–1885 гг.], отправляющейся в Кострому по монастырским делам, Лиза так и сказала, чтобы она не засиживалась там надолго, ибо она, Лиза, должна умереть в день Рождества Иоанна Предтечи…
Наступил день Рождества Святого Иоанна — 24 июня (7 июля н.с.) 1875 года. По окончании литургии старица по обычаю была приобщена обеденными Святыми Тайнами. В 11 ч. утра, когда прозвонили к монастырской трапезе, подвижница возлегла на одр, подложила левую руку под голову, сказав: «Ну, старичок, ляг на бочок», и уснула тихо и безмятежно — «до дня общего воскресения всех человек», имея 90 лет от рождения!
Искренне оплакиваемая сёстрами, при многочисленном стечении почитающего её народа и по совершению над нею тремя священниками чина погребения она 27 июня (10 июля н.с) была предана земле за алтарем соборного храма.
Один из её почитателей соорудил над её могилой каменное надгробие и возложил на него чугунную плиту с изображением креста Христова, который отошедшая к Небу раба Его добровольно и терпеливо пронесла через всю свою долгую жизнь.
В обители благоговейно хранились принадлежавшие приснопамятной подвижнице Елизавете вещи: две простых деревянных чашки, три ложки, коленкоровый черный подрясник послушницы, красный сарафан, ветхий клетчатый головной платок. Келья её впоследствии была обращена в монастырскую просфорню. Так скромно и вместе с тем велико наследство, остающееся после истинных подвижников Христовых!
Прошло много десятилетий со дня кончины старицы Божией, но память о ней жива среди народа, притекающего к её загробному «молитвенному предстательству пред Богом».
Могилка ее и по сей день находится за Алтарем Троицкого собора. На могилке теплится неугасимая лампадка, каждый день здесь сестры обители и гости служат Литию мирским чином, в храмах служится Лития или Панихида.
Все паломнические группы и гости, посещающие обитель, знакомятся с жизнеописанием Елизаветы Белбажской, посещают могилку, помазываются маслицем из лампадки.
В 2022 году, в рамках проекта «Белбаж-обитель, где душа поёт» при поддержке Фонда президентских грантов, была переиздана брошюра о блаженной старице Елизавете Ивановне Борисовой «Подвижница XIX столетия раба Божия Елисавета Борисова в подвигах юродства о Христе в Троицком Белбажском женском монастыре подвизавшаяся».
В 2025 году вышел в свет короткометражный художественный фильм «Лизонька» (реж. М.Гущин), снимавшийся на территории Белбажской обители (подробности на нашем сайте http://belbazh.ru/художественный-фильм-лизонька/).
Продолжается сбор и систематизация архивных, исторических и современных материалов о жизни и чудесах Лизоньки для ее дальнейшей канонизации в лике святых.
Зафиксированы чудеса по молитвам к блаженной старице.
ЧУДЕСА:
2024.12.14 — благополучные роды (1ч.) — фото рукописного текста
2025.01.10 — исцеление ребенка от ожога (О.Кузьминская)
2025.01.31 — затянулись ранки на руках (М.Н.Лбова) — фото рукописного текста
2025.03.23 — исчезла киста и полип (Ребовская Юлия Александровна)(+УЗИ)
2025.03.26 — вернула память бабушке (Александр Мещенков)
2025.05.17 — помогла пристроить кошку в добрые руки